Национальный праздник

Контраст между нынешними Россией и Украиной виден по тому, как СМИ соседних стран осветили обмен пленными. Для украинцев это был национальный праздник, для российской пропаганды — освобождение Кирилла Вышинского.

Чтобы понять значение обмена заключенными между Россией и Украиной для их правящих кругов, стоит посмотреть, как это событие освещали телеканалы обеих стран. Формально обмен был симметричным. Самолеты из Москвы и Киева приземлились почти одновременно в Борисполе и Внуково. Число участников обмена равное — по 35 с каждой стороны. На этом сходство заканчивается.

Украинские СМИ показали событие года. Репортаж украинского телеканала «Громадское телевидение» из Борисполя длился четыре часа, из которых три были посвящены тому, кого именно в Украине ждут. Режиссер Аскольд Куров, автор фильма «Процесс» об Олеге Сенцове, говорил о том, как международная общественность и кинематографисты всего мира требовали освобождения Сенцова. Николай Полозов, адвокат военнопленных украинских моряков, объяснил, что ждало бы Россию в том случае, если бы Путин не выполнил требования Морского трибунала по освобождению захваченных в Керченском проливе.

Фрагменты репортажа «Громадского телевидения» о самой встрече, на которой освобожденных заложников российского режима встречала масса народа, а президент Украины Зеленский каждого из 35 обнимал у трапа, показали, в том числе, и российские телеканалы.

«Важный шаг»

Символом же того, как государственные СМИ России и их руководители освещали прилет самолета из Киева во «Внуково», стал твит Маргариты Симоньян с групповой фотографией тех, кого освободила Украина. На ней есть лицо одного человека — главреда «РИА Новости — Украина» Кирилла Вышинского. У остальных нет лиц. Замазаны. И это понятно, если учесть, кого именно путинская Россия получила взамен украинских заложников. Довольно сложно даже для российского телевизора делать героев из дезертировавших из украинской армии Александра Баранова и Максима Одинцова. Или продолжать лгать про «настамнет», одновременно показывая, например, лейтенанта ВС России Алексея Седикова, воевавшего на стороне террористов «ЛДНР».

Российский телевизор попытался сделать событие, единственным героем которого стал Кирилл Вышинский. Его одного встречали сотрудники телеканала «Россия 1» во главе с Ольгой Скабеевой и начальством в лице Дмитрия Киселева. Обняли, поздравили, назвали героем, посадили в редакционный автобус и увезли. К остальным освобожденным Украиной и привезенным во «Внуково» даже не подошли. Их для российского телевизора не существует. Их лица замазаны. И не только лица.

Попытка превратить в событие освобождение Кирилла Вышинского осуществлялась в основном силами телеканала «Россия 1». В программе «Вести недели» от 8.09.2019 этому сюжету было уделено 14 минут, в программе «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым» — больше часа.

В своей программе Дмитрий Киселев разбил сюжет об освобождении Вышинского на два фрагмента. Первый шел под плакатом «Важнейший шаг» и в нем, в частности, показали, как российский омбудсмен Татьяна Москалькова, дама обычно суровая и вполне сдержанная, вдруг принялась обнимать Вышинского и объяснила ему его роль в мировой истории. «Вы сегодня — символ борьбы за свободу слова!» — сообщила омбудсмен Москалькова Вышинскому. И после небольшой паузы добавила: «Вы — символ борьбы за справедливость!».

Во втором фрагменте Киселев украсил задник своей студии плакатом: «Обмен как показатель перемен» и помимо восхищения героизмом Вышинского сдержанно похвалил украинского президента Зеленского. Нет, пожалуй, не похвалил, а дал ему шанс, что если тот будет хорошо себя вести, то в дальнейшем Дмитрий Киселев его похвалит.

В отличие от Киселева, Владимир Соловьев в своей программе не поддался минутной слабости и не стал в порыве сентиментальности снижать градус лютости по отношению к Украине. «Вот есть Кирилл Вышинский и есть Сенцов», — сообщил Соловьев. И продолжил уже конкретно о Сенцове: «Украина принимает террориста, который не скрывает, что хотел убивать!» Поскольку режиссер Олег Сенцов никого не убил и никогда не заявлял о своих планах убить кого бы то ни было, свое вранье Владимир Соловьев ничем подтвердить не смог. Но это его не смутило, и он перешел к следующей теме и принялся объяснять, почему «Зеленский встречал самолет, а Путин — нет». Оказывается, встреча тех, кого путем обмена удалось освободить из заключения — это, по мнению Соловьева «неуместный пиар», который «нет никакого смысла устраивать».

Весьма показательным было то, что Соловьев говорил о человеке, который, видимо, стал для Путина главной обменной фигурой в этой «сделке», о боевике «ДНР» Владимире Цемахе, свидетеле и возможном виновнике гибели малазийского «Боинга», сбитого российским ЗРК «Бук». «Цемах — герой! — восхищался Соловьев, — Он мужчина, он прошел Афган! Его пытали, и он под пытками не сказал ничего!».

Многочасовое и почти ежедневное пребывание в эфире привело Владимира Соловьева в состояние, когда он фактически перестал понимать значение сказанного им самим. Мало того, что ключевая роль Цемаха в обмене является самым убедительным доказательством вины России в гибели пассажирского самолета, своими словами о том, что Цемах «под пытками не сказал ничего» Соловьев подтверждает, что тому было что сказать.

В обменах заключенными почти невозможно добиться полной «симметрии». Но СМИ по обе стороны обмена хотя бы пытаются создать иллюзию ценности освобождения своих для своей страны. Например, в декабре 1974 года западные СМИ показывали, с каким ликованием встречали советского диссидента Владимира Буковского, а советский телевизор показал Леонида Брежнева, который в аэропорту обнимал и целовал генсека компартии Чили Луиса Корвалана. В случае обмена, состоявшегося 7 сентября, российскому телевидению не удалось создать даже иллюзию равноценности. Никто особенно не скрывает, что Украина спасла из российского плена своих заложников, а для Путина это была сделка, в ходе которой он заполучил свидетеля преступления, в котором уличили Москву. Ну а для ровного счета вытащил в Россию еще три десятка человек с замазанными лицами и, полагаю, залитыми кровью руками.

Игорь Яковенко

Главная / Статьи / Мнение / Национальный праздник